e-mail пароль Напомните мне пароль  
 

Рыбные надежды Янтарного края



03.10.2011 Источник: www.fishnews.ru

На сегодняшний день океаническим промыслом занимаются 11 рыбодобывающий компаний Калининградской области. В основном они работают в районах, расположенных недалеко от российских портов.

Изначально сложившаяся модель промысла во все времена заставляла калининградских рыбаков искать счастья вдали от родных берегов. Это – безбрежные просторы Атлантики, юго-восточная часть Тихого океана, Африка, Северная и Южная Америка. Маршруты рыболовных судов пролегали через неизведанные воды, вдали от обжитых земель и мест, где звучала родная речь. Следуя за рыбными косяками, промысловики несли российский флаг в самые загадочные и неисследованные уголки Мирового океана, закрепляя исторические права нашей страны. Многое изменилось за последние двадцать лет, но основа основ – главная сырьевая база для рыбаков – осталась прежней, все так же удаленной от российских границ, а значит, обрекающей экипажи калининградских судов на многомесячные экспедиции.

«Во времена СССР наш флот работал по всему Атлантическому океану – северо-восточная Атлантика, юго-западная и юго-восточная, антарктические воды, а также в юго-восточной части Тихого океана. Эксплуатировались по существу все продуктивные районы океана», – вспоминает советник директора АтлантНИРО Константин Кухоренко, многие годы возглавлявший научно-исследовательский институт. Несмотря на то что рыбохозяйственный комплекс янтарного края был самым молодым в стране – ведь сложился он только в послевоенные годы, – к середине 1980-х гг. суммарный вылов базирующихся в регионе предприятий достигал почти миллиона тонн.

Кризисные 1990-х гг. безжалостно обошлись с рыбной промышленностью самого западного российского региона. Флоту пришлось уйти из удаленных районов, и предпосылок для возвращения туда в сколько-нибудь обозримом будущем пока не видно. Цифры, предоставленные областным агентством по рыболовству и развитию рыбохозяйственного комплекса, сами по себе красноречивы: за прошедшие два десятилетия количество судов сократилось с 300 до 24 единиц, объемы производства упали практически в три раза. Но все-таки в целом систему рыбного хозяйства Калининграду удалось сохранить. В области успешно функционируют отраслевые учебные заведения и научные учреждения, предприятия осваивают выделенные квоты и своевременно выполняют обязательства перед государством, регионом и своими сотрудниками.

Океаническим промыслом на сегодняшний день занимаются 11 калининградских рыбодобывающих компаний. В основном они работают в районах, расположенных недалеко от российских портов: в северной Атлантике – ближайший порт Мурманск, центральной и восточной Атлантике (районы Марокко и Мавритании) – ближайший порт Калининград. По итогам прошлого года они выловили 223 тыс. тонн рыбы. И это неплохой результат с учетом того, что рыбопромышленным компаниям в районе Северо-Восточной Атлантики было выделена квота в размере 195,6 тыс. тонн. Дефицит ресурсов российские суда покрывали за счет работы в исключительной экономической зоне Марокко, Мавритании, Сенегала, причем на коммерческой основе, то есть приобретая лицензии на право лова. Поэтому рыбаков не могут не тревожить нарастающие ограничения доступа к сырьевым ресурсам.

«В рыболовной политике Евросоюза наметились устойчивые тенденции на сокращение промышленных квот на добычу в зонах иностранных государств и международных конвенционных районах. К примеру, региональные промышленные квоты в этих районах в 2011 г. уменьшены более чем на 45 тыс. тонн по сравнению с 2010 г.», – говорит руководитель агентства по рыболовству и развитию рыбохозяйственного комплекса Калининградской области Сергей Ершов.

Увеличение объемов добычи возможно только за счет расширения районов промысла, однако громкие заявления руководства отрасли о необходимости возвращения в Мировой океан в Калининграде воспринимают со смешанным чувством. Спору нет, у чужих берегов водится немало рыбы, но сразу встает вопрос: «На чем туда идти?» Старение флота – это беда не отдельно взятого региона или Западного бассейна, а всей страны. Лишних денег, чтобы построить современное судно и снарядить его в экспедицию за тридевять земель, нет у рыбаков ни Севера, ни Запада, ни Дальнего Востока.

«Вопросы расширения доступа к сырьевым ресурсам – это вопросы стратегии, это вопросы государственные и, кстати, прописанные в Морской доктрине РФ. Зафиксировать российский флаг в тех районах, где это еще возможно, – это задача государства. Частные компании интересует в первую очередь рентабельность. Чтобы развернуть бизнес в сторону расширения районов промысла, нужно четко показать, что он будет иметь. Пока же от государства таких решений не прозвучало.

Мнение о том, что нужно «просто передислоцировать флот», в корне ошибочно. Те, кто так говорит, просто не знают специфику внутреннего состояния и состава флота. Что значит «передислоцируйте»? Никакой предприниматель без твердых гарантий не бросит свое дело, гарантированное на десять лет, ради журавля в небе. На сегодняшний день все предприятия Западного бассейна уже привели в соответствие свои производственные мощности и сырьевую базу. Никто у стенки крупнотоннажное судно не держит. Поэтому нельзя махнуть флажком, и мы все пойдем в Африку или в Тихий океан», – уверен председатель Союза рыбаков Запада Эрнст Смелов.

Пока же политика государства в этой сфере особой логикой не отличается. С одной стороны, принудительная дубинка в виде «квот под отечественный киль», с другой – мучительно согласовываемая Стратегия развития рыболовного судостроения и признание российских заводов в неспособности (незаинтересованности) построить современное конкурентоспособное судно. До сих пор не решен вопрос об отмене ввозных пошлин и НДС на импортное оборудование, аналогов которого в нашей стране не производится. Рыбопромышленники, которые на свой страх и риск все-таки ремонтируются или приобретают новострой за рубежом, потом годами не могут завести суда в домашнюю гавань.

«В нашей стране научиться в ближайшие два-три года строить суда, способные на равных конкурировать, скажем, с норвежскими, нереально. Думаю, государство в лице Росрыболовства все-таки должно выбрать какой-то один тип крупнотоннажного судна (для схожих пород рыб), сделать его проект и определиться, кто может построить серию 8-10, а лучше 20 единиц, без оглядки на национальную принадлежность верфи. Надо понять, что последние двадцать лет у нас в стране не производится никакого рыбоперерабатывающего или промыслового оборудования. Все это мы должны закупать за рубежом. И если мы будем строиться на российской верфи, к и без того немаленькой стоимости судна добавятся пошлины и налоги, в итоге на выходе эти проекты будут дороже на 30-40%», – отмечает Петр Турков, вице-президент компании «Рыбфлот ФОР», на долю которой приходится почти две трети калининградского вылова.

Чтобы идти в отдаленные районы Мирового океана, одного нового флота мало. Доставка в район промысла снабжения, топлива и горюче-смазочных материалов, промыслового снаряжения – это очень большие затраты. А ведь нужно как-то организовать и вывоз продукции и найти на нее покупателя, который даст цену, способную покрыть все расходы. Привезенная в российские порты эта рыба станет поистине «золотой», а уж никак не «народной».

Напрямую связан с дефицитом новых судов и кадровый вопрос. По мнению ректора Балтийской государственной академии рыбопромыслового флота Владимира Волкогона, выпускники морских колледжей и вузов не идут сегодня в рыбную отрасль в первую очередь из-за отсутствия перспектив роста. Мало судов – малая потребность в специалистах. Часть из них ищет работу за рубежом – с более высокими заработками и более цивилизованными условия труда, а часть навсегда порывает с морем.

Схожих взглядов придерживаются и судовладельцы: «Чтобы по-настоящему заинтересовать молодежь, должны быть построены современные корабли с хорошим оборудованием, на которых людям будет интересно работать. До поры до времени у нас был «золотой» запас, оставшийся с советских времен. В Калининградской области на предприятиях, связанных с морской спецификой, было более 20 тысяч человек плавсостава, на сегодняшний день – всего 2,5 тысячи. Все острее стоит вопрос старения кадров. Надо все-таки учитывать, что труд в море – нелегкий труд, он подходит не каждому. Близость Европы тоже дает о себе знать. И от нас уходят перспективные специалисты, особенно механики и штурманский состав, в иностранные компании, как правило, оффшорные, которые не платят налогов и могут предлагать более высокую зарплату», – объясняет Петр Турков.

Если океаническое рыболовство в Калининградской области несмотря на ворох проблем постепенно развивается и в принципе уверенно смотрит в будущее, то о прибрежном промысле того же сказать нельзя. Сырьевые ресурсы для местных рыбаков ограничены небольшой акваторией Балтики и двумя заливами. Промысел в Балтийском море осуществляют 43 пользователя, еще 33 организации – в Куршском заливе и столько же в Калининградском, в сумме на них зарегистрировано 92 единицы малотоннажного маломерного флота. Общий вылов в 2010 г. составил всего 27,1 тыс. тонн. При этом основу прибрежных квот составляют низкорентабельные виды.

Хотя уловы прибрежки целиком идут на берег, обеспечить в достаточной мере загрузку почти четырех десятков рыбоперерабатывающих береговых предприятий они не в состоянии. Мощности, заложенные еще в советский период, многократно перекрывают внутренние потребности области в рыбопродукции. Калининградская переработка изначально нацеливалась на работу на привозном сырье. С падением вылова это сырье приходится искать, где только можно.

«Все, что добывает тот небольшой флот, который остался в Калининграде, – это килька, салака, треска. Эти ассортиментные позиции присутствуют в нашем портфеле, но при годовой переработке комбината в 20 тыс. тонн на них приходится от силы 1 тыс. тонн. Мы сами посещаем Марокко, Мавританию, Данию, договариваемся по ценам, по качеству и закупаем рыбу. Но общий подъем цен на мировом рынке рыбопродукции значительно осложняет нам конкуренцию, например, с покупателями из Латинской Америки, Западной Европы, Японии, Китая. По прошлому году средний рост цен на сырье составил по отдельным позициям до 30%, а в среднем – около 20%. При этом на потребительском рынке консервы подорожали всего на 5-7%», – рассказывает исполнительный директор ОАО «Калининградский рыбоконсервный комбинат» Андрей Москвин.

С этой проблемой так или иначе сталкиваются почти все консервные производства за исключением компаний, входящих в состав холдингов, в структуре которых есть флот. Например, современный завод «Роскон», который Мурманский траловый флот построил в Пионерском. Низкая отраслевая кооперация с рыбодобывающими компаниями и, как следствие, высокая зависимость от сторонних, иностранных поставщиков остается «слабым» местом многих перерабатывающих предприятий.

Переработчики жалуются на постоянное удорожание всех составляющих консервной банки: самой жестебанки, сырья, логистики, топлива и т.д. Между тем, поднимать отпускные цены можно только до определенного предела, ведь основной потребитель этого продукта – пожилые люди со скромным достатком. Они не купят консервы, скажем, за 100 рублей, даже если это будет справедливая цена. С другой стороны, снижать качество, закатывая в банки сомнительную рыбу, тоже не выход.

По данным областного агентства по рыболовству, в 1991 г. выпуск 205,1 миллионов условных банок (муб) рыбных консервов в регионе обеспечивался силами всего пяти предприятий. Но уже в 1995 г. производство консервов упало в четыре раза – до 45,5 муб. Оживление наступило только с принятием в 1996 г. федерального закона об особой экономической зоне, создавшего более благоприятные условия для производства рыбных консервов: при ввозе на территорию области рыбного сырья для переработки не взимались таможенные пошлины и НДС. Как результат, к 2004 г. количество рыбоперерабатывающих предприятий возросло до 12, они выпускали 279 муб рыбопродукции или более 40% всех выпускаемых в стране рыбных консервов. Ряд льгот, предоставленных резидентам ОЭЗ с 2006 г., подстегнул открытие новых предприятий.

Тем не менее, скромная жестяная банка постепенно теряет популярность у населения. «С 2007 г. идет падение производства рыбных консервов, изменяется ассортимент выпускаемой продукции в сторону увеличения выпуска пресервов. Мы столкнулись с ростом конкуренции со стороны рыбоперерабатывающих предприятий, расположенных на основной территории России, недоступностью кредитов с низкой процентной ставкой, высокими транспортными издержками при доставке продукции через окружающие нас Литву и Польшу», – признает Сергей Ершов.

Поднять рентабельность рыбопереработки можно только за счет смены технологий и увеличения производительности. Но крупным комбинатам, доставшимся в наследство от Советского Союза, как правило, требуется масштабная модернизация или даже реконструкция. Для этого надо привлекать крупные инвестиции или брать кредиты зачастую под немилосердные проценты. При всех сложностях калининградские рыбоперерабатывающие предприятия выпускают ежегодно порядка 250 муб консервов и ежесуточно более 100 тонн деликатесных продуктов (крабовые палочки и крабовое мясо, пресервы, морепродукты и изделия из норвежского лосося).

Тем не менее на уровне области программы поддержки рыбопереработки, аналогичные той, что реализуется, например, в Приморском крае, отсутствуют. Власти кивают на режим ОЭЗ: мол, у бизнеса и так есть все что нужно для успешного развития, «забывая» о том, что эти льготы фактически «съедает» логистика при доставке товара в центральные регионы России. Многократные процедуры контроля при пересечении границ, потери времени в пунктах пропуска, транзитные тарифы подчас делают рыбопродукцию дороже, чем если бы ее везли с Дальнего Востока.

Именно этот фактор является основной причиной, по которой калининградские компании, ведущие промысел в Северо-Восточной Атлантике, предпочитают выгружать уловы в Санкт-Петербурге. Рыбный порт Калининграда сохранил свою специализацию и холодильные мощности, но основной объем грузов здесь составляют нефтепродукты, удобрения, стройматериалы.

«На сегодняшний день «чистых» рыбных портов не осталось, чтобы выжить, необходимо еще чем-то заниматься. Падение уловов сказывается на работе не только нашего рыбного порта, но и мурманского. Если взять статистику, то в 2005 г. мы перевалили 194 тыс. тонн рыбопродукции, а в 2008 г. – уже 96 тыс. тонн, в 2009 г. – 72 тыс. тонн, в 2010 г. – 68 тыс. тонн. Налицо явная тенденция к снижению объемов перегрузки рыбы. Порты вынуждены искать какие-то другие грузопотоки. Например, в августе у нас по плану из общего грузооборота в 194 тыс. тонн 130 тыс. тонн приходится на нефтепродукты. В структуре генеральных грузов на первых ролях минеральные удобрения – 30 тыс. тонн, свежемороженой рыбы всего 4,5 тыс. тонн, рыбной муки – 2,6 тыс. тонн. Сразу понятно, на чем порт зарабатывает», – комментирует ситуацию заместитель директора ФГУП «Калининградский морской рыбный порт» Константин Гонышко.

Хотя процедуры оформления продукции морского промысла в портах в последнее время существенно упростились, отправляя рыбу на российский рынок, судовладелец в полной мере познает все прелести бюрократических процедур как литовских и белорусских, так и родных российских пограничных, ветеринарных и таможенных властей. Снижать расценки на перевозку рыбопродукции по железной дороге ОАО «РЖД» не намерено: а вдруг скидку запросит и Дальний Восток? А везти рыбу автомобильным транспортом – значит терять время в очередях на границе.

Но главный вопрос, который волнует рыбопромышленников, да и представителей других сфер экономики Калининградской области, связан с ныне действующим Федеральным законом от 10 января 2006 г. № 16-ФЗ «Об Особой экономической зоне в Калининградской области и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации». Он предусматривает, что в отношении юридических лиц, осуществлявших свою деятельность в соответствии с Федеральным законом от 22 января 1996 г. № 13-ФЗ «Об Особой экономической зоне в Калининградской области», в течение десяти лет действует переходный период таможенного режима свободной таможенной зоны.

На сегодняшний день на предприятиях только рыбной отрасли, которые попадают под статус ОЭЗ, трудится свыше 10 тыс. человек и сейчас они фактически находятся в подвешенном состоянии. Как можно строить долгосрочные планы, реализовывать инвестиционные проекты, разрабатывать стратегию развития компании, если через несколько лет правила игры могут поменяться кардинально?

Местные власти это вроде бы понимают, а потому сконцентрированы на подготовке нового федерального закона о Калининградской области, который призван определить экономические условия в регионе на десятилетия вперед. «Вопрос о необходимости такого закона губернатор Николай Цуканов обсуждал на встрече с Президентом России Дмитрием Медведевым во время визита главы государства в Калининградскую область в июле этого года. Позже, в августе, в рамках визита в Калининград вице-премьера Александра Жукова и его переговоров с руководством региона, эта тема была конкретизирована, создана межведомственная рабочая группа по разработке нового стратегически важного для янтарного края документа», – обнадеживают в областном агентстве по рыболовству и развитию рыбохозяйственного комплекса.

Комментарии

Имя:
E-mail:
Комментарий: